Королевское высочество
ko/7008414
Автор: Томас Манн
Издательство: АСТ, Астрель
Год: 2011
Дополнительные характеристики
Формат
84x108/32
Страниц
384 стр.
Реклама:
Описание:
Автобиографический роман, который критики единодушно сравнивают с Серебряным голубем Андрея Белого. Роман-хроника? Роман-сказка?
Роман - предвестие магического реализма?
Все просто: растет мальчик, и вполне повседневные события жизни облекаются его богатым воображением в сказочную форму. Обычные истории становятся странными, детские приключения приобретают истинно легендарный размах - и вкус юмора снова и снова довлеет над сказочным антуражем увлекательного романа.
Отзывы:
-
ОдильВсе могут королиКогда мы детьми слушали сказки о принцах и принцессах, это всегда был для нас непомерно далекий, яркий, торжественно-радостный мир, в котором, конечно, не могло быть ничего от повседневности. А каково настоящим принцам и принцессам? У них нет даже такой простой дорожки к отвлеченному счастью? Ведь эти сказки - конечно о них, и нет в них ничего удивительного.
Королева Доротея в романе - очарована своими зеркалами и любит больше всех то, что ей льстит - совсем как мачеха в Белоснежке; калека-принц Карл-Генрих - с мужеством и достоинством встречает все невзгоды - совсем как стойкий оловянный солдатик; малышка Дитлинда получает прелестные "ножки" взамен "рыбьего хвоста", выйдя замуж за магната и разведя собственный садик, о котором так давно мечтала. Принцы и принцессы, короли и королевы - посмотрите, говорит Томас Манн - да, они живут в сказке, но она для них такая же пыльная действительность, как для вас - скучные будни. Или так, или и то, и то - обыкновенное чудо.
Клаус-Генрих - принц, любимец народа, неспособный представить голод и нищету - при его появлении народ преображается, являя всегда одну и ту же декорацию: облагороженной, улыбающейся обыденности. За торжественным фасадом же - бессодержательная, одинокая, строгая и трудная жизнь, жизнь в мире торжественной симметрии, облезлое великолепие. Год за годом реальное содержание все больше и больше исчезало из его жизни, пока не испарилось совсем. И это могло бы его мало беспокоить, если бы не увечье, которым наградил его автор, увечье, фактически сделавшее его поэтом - искалеченная рука делает его обязанность быть неотразимым из томно приятной - бесконечно мучительной. А ближайший друг и наставник еще подливает масла в огонь, зароняя в нем страх перед счастьем, подпитывая мысли об исключительности, влекущие высокомерие. В итоге Клаус-Генрих становится нежен и хрупок, как стекло, "он проходит, одинокий, неся на узких плечах бремя своего высокого сана". А так как Манн - великий писатель, то и читатель неизбежно становится чувствителен к любым перипетиям на пути героя - любое грубое прикосновение к душе принца отзывалось во мне болью.
И вот Клаус-Генрих, которого травмирует любое непривычное обращение, который бывает совершенно разбит от искренности, и даже непринужденности - сталкивается с чарующим маленьким созданием, практически инопланетянкой, которая в силу своего происхождения тоже с детства была обречена на изоляцию, но совершенно в другом мире, в другом обществе. Где она, Имма, дочь миллиардера, "жила не то восьмым чудом света, не то отбросом". Та, что "играет самым серьезным и страшным, как разноцветными камешками, и не понимает, что может кого-нибудь огорчить" - что же получится от такого столкновения? Куда приведет нашего принца голубиная нежность, растущая в груди и заставляющая растаять его заиндевевшее сердце? Как справится он с такой задачкой, где при сложении высокого удела и любви должно в сумме получиться счастье? Пусть нелегкое и суровое, но счастье. Надеюсь, я достаточно вас заинтриговала - читайте и узнаете все сами. А я помолчу в тихом восторге от очередного шедевра любекского гения.